Столица: Осло
Территория: 385 186 км2
Население: 4 937 000 чел.
Язык: норвежский
Новости
История Норвегии
Норвегия сегодня
Эстланн (Østlandet)
Сёрланн (Sørlandet)
Вестланн (Vestandet)
Трёнделаг (Trøndelag)
Нур-Норге (Nord-Norge)
Туристу на заметку
Фотографии Норвегии
Библиотека
Ссылки
Статьи

Вдоль берегов Северной Америки

Выше я высказал многие из соображений, которые после Гренландской экспедиции 1953 г. изложил в книге «Страна под Путеводной звездой». Я сделал тогда заключение, что северный Винланд находился, видимо, на Ньюфаундленде, и ссылался также на старые исландские карты, ориентирующие нас на север острова. Дальше говорилось, что, наверно, можно будет найти остатки жилищ винландцев, если провести основательные и систематические исследования с моря и с воздуха.

Такова предыстория моих экспедиций в Северную Америку в 1960—1964 гг., во время которых были открыты и раскопаны остатки норманнских жилищ доколумбовой поры на северной оконечности Ньюфаундленда.

Прежде чем рассказать об этих экспедициях, повторю вкратце мои главные доводы, почему я считал, что Винланд надо искать на севере Ньюфаундленда.

Название «Винланд» следует толковать как «страна лугов» или «страна пастбищ», оно не связано с виноградом и вином. Страна эта находилась севернее области распространения дикого винограда.

Навигационные описания саг в основном нужно считать верными. Так как переходы были короткие, их можно привязать к Баффиновой Земле, Лабрадору и северному побережью Ньюфаундленда, которые, очевидно, соответствуют Хеллюланду, Маркланду и Винланду. Сведения о кораблях и морских путях — разве не их в первую очередь сохранит в своих преданиях мореходный народ?

Упомянутые в саге длинные берега Маркланда — очевидно, берега в районе мыса Дикобраз на Лабрадоре. Они служат также опорной точкой для расчета дальнейшего двухдневного плавания Лейва Эйрикссона до Винланда, соответствующего расстоянию до северного побережья Ньюфаундленда.

Описание базы Турфинна Карлсэвне на берегу Страум-фьорда в Винланде указывает на северный край. О походе Карлсэвне на юг сага говорит: он считал, что «чем дальше на юг, тем страна будет шире». Очевидно, база находилась в районе с небольшой площадью; это похоже на узкий мыс на севере Ньюфаундленда. Несмотря на длинные изрезанные берега, маршрут от Гренландии до Винланда был чрезвычайно прост. Пересек Девисов пролив — иди вдоль Лабрадора на юг, пока прямо по носу не покажется берег Ньюфаундленда. Разные экспедиции вполне могли добраться до одного и того же места — как об этом рассказывают саги.

Старинные карты — Сколхолтская, Ханса Поульсена Резена, а также во многом Венгерская, очевидно, основаны на древней исландской традиции. Длинный мыс на картах назван Промонториум Винландиа; по многим признакам этот мыс тождествен северной оконечности Ньюфаундленда.

Исландские землеописания XV в. сообщают, что от Маркланда недалеко до Винланда; это хорошо подходит к Лабрадору и северному берегу Ньюфаундленда. Адам Бременский называет Винланд островом. Ледовая обстановка у западного побережья Гренландии и особенно в районе, где проходит Лабрадорское течение, очевидно, вынуждала норманнов сравнительно поздно выходить в Винланд. Люди сведущие и искушенные, они на первых порах не стали бы забираться слишком далеко в чужую страну, а обосновались бы в подходящем месте, чтобы построить дома и запастись провиантом на зиму.

Очень важно представить себе ход мыслей молодых мореходов, которые тысячу лет назад плыли на юг вдоль берегов Северной Америки. Что они искали в чужих странах? В какой земле предпочитали остановиться эти люди с психологией северян, представители культуры, которая исстари развивалась в условиях севера?

Они искали новых земель для своего рода; для мужчин и женщин, живших на арктическом острове, наряду с дичью и рыбой важнее всего были пастбища для скота и лес для строительства кораблей и прочего. И когда северяне очутились в краю, где все это было, где они чувствовали себя как дома, им незачем было стремиться в более теплые края, где многое было им чуждо.

В северной части Ньюфаундленда, которую они вряд ли могли миновать, были не только пастбища и леса, но и всякий зверь и птица, в реках лосось, в море тюлени и моржи, огромные косяки трески. Условия в этом краю были несравненно лучше, чем в Гренландии. Мы вправе думать, что мореходам богатства этой страны пришлись по душе, они бросили якорь и построили здесь свои дома.

А потом уже пытливые и жадные до приключений норманны могли ходить с разведкой далеко на юг, о чем и рассказывает сага.

Моя теория о местоположении Винланда и замысел искать остатки норманнских поселений были встречены с изрядным скепсисом. И это понятно, ведь в многочисленных трудах видных ученых в течение примерно двухсот лет утверждалось, что Винланд лежал на юге, в краю дикого винограда. Это уже стало своего рода аксиомой. Не удивительно, что мои планы исследовать берега Северной Америки в поисках следов тысячелетней давности называли «поисками иголки в стоге сена». Конечно, задача сулила немалые трудности, но мне казалось, что теория опирается на достаточно прочное основание, что настойчивый труд и толика удачи помогут найти искомое.

И были другие авторы, которые считали, что Винланд надо искать на севере Ньюфаундленда. Особенно интересна небольшая, малоизвестная статья ньюфаундлендца В.А. Манна1, Это не научная работа, но автор здраво мыслит и хорошо знает местность. Он полагал, что Винланд находился в глубине залива Пистолет на северном побережье Ньюфаундленда. К тому же выводу пришел выдающийся финский ученый В. Таннер. Позднее Э. Мэллери2 и Ёрген Мельдгорд3 вели там полевые работы, но не нашли никаких следов норманнов.

В 1960 г. я начал поиски вдоль берегов Северной Америки. Первое время путешествовал один, но на последнем, самом важном этапе со мной ходила моя дочь Бенедикта.

Я решил стартовать весной и довольно далеко на юге, чтобы познакомиться сперва с местами, к которым столько видных исследователей привязывало Винланд. Сюда входил и Род-Айленд, особенно интересный еще и потому, что там есть месторождения антрацита, а в доме Турфинна Карлсэвне в Гренландии был найден кусок такого угля.

Мне казалось, что, продвигаясь на север, я составлю представление о берегах, которые могли посетить либо сами винландцы во время своих вылазок с базы на севере, либо их потомки в последующие пятьсот лет существования гренландской общины. Во время путешествия у меня сложится связная картина земли и вод вплоть до северной части Ньюфаундленда, где, по-моему, был Винланд. Туда я приду, когда отступят дрейфующие льды и зазеленеет трава, и там начну основные работы.

В теплый весенний день я ехал на автобусе по дорогам Род-Айленда, маленького штата к югу от Бостона. Яркое солнце освещало зеленые косогоры с пестрым цветочным ковром, старые развесистые деревья и голубое море, которое всюду находило лазейки, чтобы проникнуть в сушу. Чудный край, южные ароматы...

И вот я в Ньюпорте, приморском городке с традициями, уходящими в далекое прошлое. Здесь стоит башня, по мнению некоторых, построенных норманнами в доколумбову эпоху. В местном отеле «Викинг» повеяло норвежской стариной. В столовой на стенах висели большие картины — корабли с драконьими головами на форштевне рассекали пенящиеся волны, а грозные бородатые викинги заносили окровавленные мечи над головами респектабельных постояльцев.

Я направился в красивый городской парк, где в окружении старых каштанов высится знаменитая башня. Это и в самом деле необычный памятник, совсем не похожий на все, что известно в других частях Северной Америки. Башня сложена из камня, скрепленного известковым раствором, высота ее восемь метров, форма цилиндрическая, круглые колонны образуют восемь сводчатых портиков. Прежде был второй этаж, но теперь настил исчез, а следы лестниц остались. Из четырех окон три смотрят в море. В стенах кое-где есть узкие отверстия, а изнутри — маленькие квадратные ниши. На полу — открытый очаг.

Сколько жарких споров вызвала эта башня! Одни относят ее к поре колонизации, считают, что она построена в XVII в. либо англичанами, либо голландцами, либо португальцами. Другие утверждают, что она сооружена норманнами до Колумба. Город Ньюпорт основан в 1639 г., башня впервые упоминается в 1677 г. Ее назначение? Мнения расходятся: сторожевая башня, ветряная мельница, церковь.

В 1948 и 1949 гг. археолог Уильям С. Годфри4 производил раскопки у башни; найденные им следы относятся к поре колонизации. Однако результаты умаляются тем, что около ста лет назад на этом месте уже занимались раскопками. Профессор Юханнес Брёнстед5 указывает, что сходную кладку можно увидеть на Шетландских островах. Башня несомненно имеет средневековые черты (романские). Нёрлюнд пишет: «Эти средневековые черты настолько очевидны, что если бы башня стояла в Европе, вряд ли кто-нибудь стал бы оспаривать ее возраст». Но раскопки Годфри как будто свидетельствуют о том, что башня сооружена в годы колонизации, вероятно, в начале XVII в. и скорее всего англичанами.

Теперь надо было добраться до угольного месторождения. Родайлендский уголь представляет собой мета-антрацит, переходящий в графит. В прошлом здесь местами велась добыча, но ее прекратили из-за плохого качества угля.

Я приехал в Уиллоу-Лейн, километрах в десяти от Ньюпорта, где, как мне сказали, находились старые копи. К морю спадал пестревший полевыми цветами косогор, а внизу, где он выравнивался, торчали причудливые развалины заброшенных сооружений. Все было покрыто мхом и травой, по обломкам вверх тянулась как будто виноградная лоза. Да ведь я в краю дикого винограда!

Я пошарил среди травы и кочек и заметил что-то блестящее. Уголь... Словно завороженный, глядел я на черный комок с металлическим отливом, такой тяжелый на ладони. Вспомнился другой кусок антрацита, обнаруженный в гренландской усадьбе Турфинна Карлсэвне.

Не сюда ли Карлсэвне добрался во время южного разведочного похода, не здесь ли был хуп, который так расхваливает сага? Я перевел взгляд на залив Наррагансетт — белые паруса на синей глади, приветливые островки, пышная зелень берегов, говорящая о щедром солнце и тучной земле.

Но нет ни реки, ни озера, которые были бы похожи на хуп Карлсэвне. Я взял несколько кусков угля, чтобы сравнить их с куском, найденным в Гренландии, и сделать анализ.

Поколесив по Род-Айленду, я не спеша двинулся на север, к полуострову Кейп-Код, а оттуда вдоль побережья к Бостону, Нью-Гемпширу, Мэну. В пути занимался исследованиями. Большинство ученых именно сюда помещает Винланд. Возможно, норманны со временем и впрямь проникли так далеко на юг, но не верится, чтобы они сразу одолели весь путь от Гренландии. База, наверно, была где-то севернее.

Как бы то ни было, разыскивать следы древнего жилья в этих южных районах — дело почти безнадежное. Если жилые слои не заросли совсем, то уничтожены поздней застройкой или плугом пахаря.

Странствуя по берегам Северной Америки, я снова и снова восторгался масштабами и красотой этой страны: леса, луга, озера, реки, горы без конца и края. И я думал о первых переселенцах, которые пришли сюда, когда все здесь было девственным. Было на что подивиться людям из густонаселенной, переживающей всякие трудности Европы, и, конечно, их радовала возможность выбирать место на этой тучной земле по своему вкусу.

Я представлял себе индейцев, вольных людей, хозяев этого края, я видел крадущихся в лесу охотников в одеждах из шкур, метких стрелков из лука, видел берестяные каноэ на реках, палатки, лениво вьющийся кверху дымок... Целый мир погиб здесь, и не так давно.

Из страны дикого винограда я перебрался на Новую Шотландию. На меня дохнуло севером: другая растительность, холодок с моря... Сильно изрезанный берег протянулся далеко на северо-восток.

У южной оконечности полуострова лежит Ярмут, где найден нашумевший камень якобы с рунической надписью. Возможно, метки и в самом деле нанесены на камень рукой человека, но рунами их никак нельзя назвать.

Осмотрев разные части побережья, я поехал в Галифакс — оживленный портовый город, пахнущий морем и судами. Здесь я встретил уроженца Норвегии Карла Карлсена. Ему подчинена целая флотилия, занимающаяся рыболовством и боем китов и тюленей. И мало кто знает приморский край так, как он. Карл Карлсен и потом оказывал мне ценную помощь. Приятно было наконец встретить человека, который верил в мои планы, верил, что можно найти следы норманнских поселений. Недаром он родился в Сюннмёре, откуда в древности вышло столько викингов.

В своем классическом труде о походах в Винланд Гюстав Сторм6 настойчиво предлагает искать Винланд в Новой Шотландии, точнее, на восточном берегу острова Кейп-Бретон. Он считает, что Хёльнесет — это мыс Бретон, а длинные берега и Винланд находились несколько южнее. Его теория принята многими учеными.

Я отправился в этот район и осмотрел побережье, но не нашел признаков, позволяющих привязать его к сагам. В частности, я не видел длинных или вообще приметных берегов, в которых можно было бы узнать ориентир норманнских мореходов.

Но природа здесь хороша, особенно у старинного форта Луисбург, сыгравшего важную роль в истории Канады в середине XVIII в., когда решалось, кому владеть далекой новой страной, и в поединке между Францией и Англией последняя взяла верх.

Старые валы, поросшие темно-зеленой травой, повествуют о былом. На огражденных ими ровных площадках теперь почти пусто, но когда-то тут плотными рядами стояли дома и жило множество людей. Рядом простиралась Канада; отдельные пионеры проникли в ее дебри, но огромные области оставались дикими и не знали закона, а на море заправлял сильнейший. Ощетинившиеся пушками фрегаты входили в маленькую бухту у форта, и моряки торопились на берег в надежде найти ром и женщин.

В Луисбурге проводились раскопки, и в маленьком местном музее можно найти прелестные вещи французской поры колонизации.

Если согласиться с Гюставом Стормом в том, что норманны обосновались в Новой Шотландии, то, на мой взгляд, здесь есть район, куда более подходящий, чем названный им. А именно, длинная северо-западная оконечность острова Кейп-Бретон. Если допустить, что винландцы шли через пролив Белл-Айл на юг, естественнее всего для них было бы направиться к мысу Норт на севере острова.

Изучая край, я попал в маленький рыбацкий поселок Дингуолл на восточном берегу, чуть южнее мыса Норг. Несколько разбросанных домиков составляли свой собственный уединенный мирок. Жители, встречая меня на пристани или на дорожках возле домов, снимали шапку и приветствовали учтивым «Хау ду ю ду, сэр». Старинная шотландская культура еще жива.

Интересно было в этом глухом уголке встретить название Дингуолл (Dingwall). Оно норвежского происхождения и означало «место сходок» (tingvoll). Как и многие названия шотландского приморья, оно связано с эпохой норвежских викингов. Переселенцы привезли его с собой в новую страну.

Меня приютила Маргарет Сили, пожилая гостеприимная женщина. Она могла служить образцом старых пионеров. Годы высушили и ссутулили ее, но Маргарет сохранила живость и бесстрашие. Однажды ночью в ее сарай забрались молодые грабители. Хозяйка услышала шум, схватила два старых пистолета, выскочила и открыла пальбу.

В углу гостиной стояла сабля; Маргарет рассказала мне, что с этой саблей сражался ее прадед в битве при Ватерлоо. Много увлекательного поведала она и о первой, трудной поре освоения. Я ярко представил себе, как тревожно жилось людям во время франко-английской войны. Маргарет вспоминала французские семьи, которым приходилось бросать свои усадьбы и подолгу прятаться в горах.

Из Дингуолла я делал вылазки на юг, чтобы осмотреть восточный берег острова. В одном месте я буквально получил шок: на Уайт-Пойнт мне встретились следы жилья, на первый взгляд очень похожего на гренландское. Скорее всего тут жили французы. Впрочем, жилые слои достаточно старинные, чтобы стоило их раскопать, — можно узнать что-то новое о периоде освоения Северной Америки.

Растительность края во многом напоминает некоторые приморские области Норвегии. Хороший травостой, но условия для земледелия плохие. В это время цвели рябина и дикая черешня, и казалось, к синему морю подступают белые сады.

Я принялся изучать северный участок, вплоть до мыса Норт. В одном месте берег был песчаный с причудливыми заливчиками, однако не такой приметный, чтобы можно было отождествлять его с «удивительными берегами» саг. Жители Новой Шотландии уверяют, что «повторный открыватель» Северной Америки Кабот именно здесь ступил на берег в 1497 г., но кто не хочет подчеркнуть свою связь с великим человеком... И вот мыс Норт — довольно высокая гора, которую, наверно, видно с моря издалека. Однако следов древних поселений я на ней не нашел, не слыхали о них и здешние люди.

Пришла пора проститься с Маргарет. Опираясь на палку, она вышла во двор и долго смотрела мне вслед.

Я пересек поросший сосной невысокий (около 600 м) горный хребет и двинулся вдоль западного побережья длинного мыса. Осмотрел несколько мест и убедился, что берег здесь слишком открыт и беден гаванями, чтобы привлечь викингов.

Мой маршрут закончился в городе Сидни. Позади остались изученные мной южные области, куда другие исследователи «помещали» Винланд и куда вполне могли дойти норманны, совершая вылазки с предполагаемой северной базы. А на севере лежал могучий остров Ньюфаундленд, где, по моей теории, остановились и построили себе дома винландцы.

Улыбнется ли мне судьба?

Примечания Хельге Ингстада

1. Munn, W.A. Location of Helluland, Markland and Vinland from the Icelandic sagas. St. John's 1914, 26 p.

2. Mailery, ArlingtonHumphrey. Lost America. Wash. 1951, xviii, 238 p.

3. Meldgaard, Jørgen. Fra Brattalid til Vinland. Naturens Verden, Kbh. 1961, 353—84.

4. Godfrey, William S. Vikings in America. Am. Anthrop. 57 (1955), p. 35—43.

5. Brøndsted, Johannes. Norsemen in North America before Columbus. Rep. Smithson. Instn. Wash. 1953, p. 367—405.

6. Storm, Gustav. Studies on the Vineland voyages. Cph. 1889.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница
 
 
Яндекс.Метрика © 2017 Норвегия - страна на самом севере.